На первую страницуВниз


Наш Конкурс

Пётр Орлов родился в 1970 году в Крыму, в Евпатории. Писать стихи начал в семь лет. Среднюю школу закончил с золотой медалью. Живет с женой и сыном в селе Прохладном, в Бахчисарайском районе. Деньги зарабатывает своими стихами, которые публикуются в крымских газетах и журналах.

 

ПЁТР  ОРЛОВ

ИЗ СБОРНИКА “КАПЛИ НЕБА”

* * *

Осень молчит, очарована тишью,
И в безмятежном покое
Целой вселенной стучит еле слышно
Сердце под теплой рукою.


* * *

Я понял, что бренное тело –
Мой тесный скафандр, а не я.
И вольною птицей запела
Безмерная радость моя.

Я просто душа, я – нетленна,
Прекрасна, свободна, чиста.
Я только в иллюзии плена,
Как лучик, попавший в кристалл.

Я – лучик, я вовсе не камень.
Я – то, что извечно живо.
Я – искра. А где-то есть пламя.
О, как же найти мне его?!


* * *

Несутся облака. И ветер с юга
Резвится и играет в небесах.
И желтых листьев сказочная вьюга
Танцует вальс под птичьи голоса.

Журчит меж сосен ручеек хрустальный,
И струи бьются о седой гранит.
Любви и красоты святую тайну
Извечно этот мир в себе хранит.

К ней приобщиться – высшее искусство,
К той тайне, что пронизывает все.
Пускай служить ее прекрасным чувствам
она меня однажды унесет.


* * *

В нас постепенно убивают душу,
Воздействуя с экранов и в рекламе.
И разум в нас звучит уже все глуше.
Все больше мы становимся рабами.
Все больше мы зависим от чего-то.
Искусственней становятся запросы.
Все больше набирает обороты
Машина, что в сознанье льет отбросы.
Нас программируют, как автоматы,
Зомбируют, чтобы мы стали частью
Толпы, где все – духовные кастраты,
Добыча грязной, подлой, алчной власти.
Здесь ценности становятся все ниже,
Забыты верность, честь и благородство.
И если я вокруг такое вижу,
Я не могу молчать об этом просто.
Мир все быстрее мчится прямо в бездну,
Как будто под влиянием гипноза.
Мне кажется, что просто бесполезно
Писать сейчас о солнышке и розах.
И я кричу – всем, кто в рассудке здравом,
Кто сострадает своему народу,
Кому смотреть на это не по нраву:
Не будем ждать возмездия природы,
Когда однажды просто выбьет пробки,
Придет пора последней капли в чаше.
Мы слишком безответственны и робки.
Все это ложь, что с краю хата наша.
Ведь мы же люди, а не овцы в стаде.
Жизнь изменить – святое наше дело.
Нам нужно все исправить и наладить.
Душа должна главенствовать над телом.
Невежества и страсти пропаганду –
Оплот цивилизации безбожной –
Обязаны пресечь мы беспощадно.
Добро должно сильнее быть и строже.
Пусть станет жизнь возвышенно-простою.
Пусть каждая душа парит, как птица.
Чтоб этот мир спасен был красотою,
За красоту должны мы заступиться.


* * *

Я люблю просветленные лица,
Я люблю просветленных людей,
Их глаза, из которых струится
Благородство их чувств и идей.


* * *

Кто глух ко всему, кроме правды,
Кто слеп ко всему, кроме света,
Кто в жизни не ищет награды –
Тому улыбнется победа.

Кто в мире обмана сумел
Жить так, а никак не иначе,
Кто искренне предан и смел –
Тому улыбнется удача.


* * *

Мой друг, сокрыта от тебя, увы,
Простая вещь, что я тебе поведал.
А все – от слишком умной головы.
От жесткого ума все наши беды.

Не верь уму, обманет он всегда.
Он по природе очень ограничен.
Об истине он скажет: ерунда.
А заблужденье часто возвеличит.

Лишь только сердце зрячим может быть,
Постичь оно сумеет много истин,
Почувствовать, поверить, полюбить.
Для этого мы сердце наше чистим.

И способ, очищающий сердца,
Так прост, так совершенен и надежен!
Прими его, чтоб радость без конца
В твоем сознанье воцарилась тоже.


* * *

Мир, построенный мной
Среди жизни чужой и далекой, –
Хрупкий замок мечты,
Островочек несбыточных грез, –
Я однажды разбил,
Когда вышли последние сроки,
И рванул наугад,
Как сорвавшийся с привязи пес.
И, скитаясь во тьме,
Я не ведал, куда мне деваться –
Просто шел напрямик,
Потому что иначе не мог.
Я попробовал все,
А мне было всего только двадцать.
Я попробовал все,
Твердо выучив каждый урок.
Что меня так влекло?
Что же мне не давало покоя? –
Жизнь хотелось мне жить
Бесконечной ее полнотой.
И хотя я не знал
Даже смутно, что это такое,
Всякий раз понимал:
Нет, не то, это снова не то.
А потом было все
Как в чудесной, немыслимой сказке.
И заветный секрет
Оказался прекрасен и прост.
И теперь все полней,
Все реальней, отчетливей краски,
Все живее душа,
Глубже чувства, стремительней рост.
И теперь каждый день
Мне приносит все новые силы,
И теперь, каждый миг,
Все свободней и легче дышать –
Я пытаюсь служить
Тем, чьи души чисты и красивы,
И пусть в этом ничто
Мне не сможет уже помешать.


Разговор двух младенцев

Во чреве мать услышала беседу.
Спросил один младенец у второго,
Счастливого и мудрого соседа:
– Ты веришь, что есть жизнь и после родов?

– О да, мой брат. И в этом нет сомнений.
Жизнь только после родов жизнью будет,
Когда простор и свет однажды сменит
Наш темный мир, когда мы выйдем в люди.

– Не может быть. Все это просто бредни.
Нет, жизни после родов не бывает.
Ведь роды – бытия момент последний.
И каждый эмбрион об этом знает.

– Пускай я не могу проверить это,
Но все же, безусловно, твердо верю,
Что там мы встретим очень много света,
Что там мы увеличимся в размере,
Что будем мы ходить и сами кушать
И там мы ощутим, что значит счастье…

– Нелепый вздор. Смешно тебя мне слушать.
Не довелось оттуда возвращаться
Еще ни одному. Слепая вера
Твоя не поддается экспертизе.
Весь мир – водой заполненная сфера
И пуповина. Никаких сюрпризов.

– Там ждет нас мама и ее забота,
Ее улыбка и любовь, и ласка.

– Ты веришь в маму? Никакой я что-то
Не видел мамы. Это просто сказка.

– Нет, иногда, в особые мгновенья,
Когда все в нашем мире затихает,
Мы можем слышать нашей мамы пенье
И чувствовать, когда она вздыхает…

Мать рассмеялась весело и звонко,
По животу погладила рукою.
От своего любимого ребенка
Приятно было слышать ей такое.


* * *

Предвыборные митинги вокруг.
И, спрашивая мудрого совета,
Мой сбитый с толку этим шумом друг,
Узнать желает мнение поэта.

– Лжецы сулят решение проблем.
Но вся проблема в том, что вожделенье
И жадность нас к себе забрали в плен,
Сформировав о жизни представленья.

Лишь каркают, как будто воронье,
Политики в безбожную эпоху,
В речах их беспросветное вранье,
Тщеславье, алчность, эгоизм и похоть.

Те, кто у власти, призваны помочь
Дать людям знанье, веру и свободу.
Но так как в душах их глухая ночь,
Они – обуза своему народу.

Из них не позаботится никто,
Чтоб ты, постигнув подлинные вещи,
Сперва стал человеком, а потом
Достиг бы цели жизни человечьей.

Они лишь сделают тебя рабом
Чужих иллюзий и концепций ложных.
А собственным путем идти слабо?
Попробуй. Жить возвышенно – не сложно.

Найди людей, которые чисты,
Учись у них великому уменью
Быть независимым от суеты
И только в Боге черпать вдохновенье.


Аллах Акбар
(Бог велик)

В своем дворце однажды падишах Акбар
От слуг выслушивал в свой адрес славословья.
Хранил молчанье лишь один мудрец Бирбал,
Чье сердце к Богу переполнено любовью.
Тогда коварный и завистливый министр,
Сидевший в зале гордо на почетном месте
И знавший, что тиран был на расправу быстр,
В то время как мудрец не расположен к лести,
Навлечь замыслил на Бирбала царский гнев.
Святому мудрецу, не знающему страха,
Министр бросил вызов: «Ты, похоже, нем?
Иль не находишь слов во славу падишаха?»
И каждый, затаив дыханье, ожидал,
Что скажет садху о властителе кровавом.
Поскольку честен, прямодушен был Бирбал,
Акбару вряд ли стал бы воспевать он славу.
«Нет никаких сомнений в том, что падишах
Гораздо более является великим,
Чем всемогущий и вселюбящий Аллах», –
Сказал Бирбал с улыбкой на правдивом лике.
Министр от удивленья выпучил глаза.
И все придворные внезапно обомлели.
И в наступившей тишине Акбар сказал:
«Я – более Акбар, чем Бог? На самом деле?»
Хотя и был Акбар услышанным смущен,
Тщеславье вспыхнуло во взгляде падишаха.
«Как может, объясни, Бирбал, – воскликнул он, –
Мое величие быть больше, чем Аллаха?»
«Акбар, безжалостно из царства своего
Изгнать ты можешь, не задумавшись, любого.
Но разве может Бог хотя бы одного
Изгнать? Ведь ничего нет, кроме царства Бога».


* * *

Я тяжко болен – я Тебя забыл,
Мои грехи украли мою память,
И льют мне яд, что я так долго пил,
Обманщики, обманутые сами.

Откуда я? Зачем сюда пришел?
Где отчий дом мой? Где к нему дорога?
Что за беда стряслась с моей душой?!
Как я отверг возлюбленного Бога?!

Я не животное – разумный человек,
Ты помоги мне, Господи, проснуться
И вспомнить все, и никогда вовек
В тюрьму забвенья больше не вернуться.


* * *

Вот и снова зима. Первый снег на дворе.
В печке громко пылают дрова.
В лунном блеске как будто бы все в серебре.
И из сердца струятся слова.

Ночь светла. За окном молчаливый простор –
Путь к когда-то забытым мирам.
А наш дом среди снегом засыпанных гор –
Твой прекрасный, сияющий храм.


* * *

Моя ничтожно-маленькая жизнь
Полна ничтожно-маленьких страданий,
Так сжалься ж надо мной и покажись
В сиянье слов божественных писаний.

Моя ничтожно-маленькая боль
Пусть гаснет в океане Твоей славы,
Когда я, очарованный Тобой,
Читаю удивительные главы.


* * *

Я согласен со всем, что случилось
И что может случиться со мной.
От Тебя все приму я как милость,
Как любви Твоей дар неземной.
Не боюсь, не противлюсь, не ною
И на все говорю Тебе «да».
Делай все, что захочешь со мною.
Я Тебе доверяю всегда.


* * *

Я счастлив оттого, что счастлив Ты
И что любовь Твоя всегда со мною,
Что Ты – источник вечной красоты,
Что Ты – обитель мира и покоя.

Для беспокойства в жизни нет причин,
Ведь я – слуга такого господина!
Я, словно искра с пламенем свечи,
С Тобой, о Боже, связан воедино.


* * *

Ты судишь нас не по исповеданью,
А по делам и силе веры нашей.
Мы все – Твои любимые созданья,
Никто из нас не лучше и не краше.

Когда бы Ты ни приходил к нам, Боже,
Чему бы ни учили нас пророки,
Послание всегда одно и то же
Народам разным в разные эпохи.

Ты открываешь нам свои объятья
В церквях, мечетях, храмах, синагогах,
Чтоб жили мы, как любящие братья.
Хвала Тебе, единственному Богу!


* * *

Я слушал о Тебе, и сердце потекло
Рекой безбрежною, не знающей конца,
Туда, где радостно, прекрасно и тепло,
Где все соединяются сердца.
Так сладок этот вкус, и я его хочу
Пить постоянно, вечно и без меры,
Припав к живительному, чистому ключу.
С приходом счастья к нам приходит вера.


* * *

Здесь повсюду Твои золотые следы,
Здесь пронизано все Твоим чистым дыханьем.
Как пчелу ароматом, влечешь меня Ты
Своим нежным, таинственным очарованьем.

Очень просто, без всяких возвышенных фраз
Ты когда-нибудь встретишь меня на пороге,
Улыбнешься слегка уголочками глаз
И студеной воды дашь напиться с дороги.


* * *

С каждым днем Ты все ближе и ближе,
С каждым днем все полней и полней
Своим вечным присутствием дышишь
В каждой клеточке жизни моей.


* * *

Пускай небеса по-осеннему плачут,
Пусть серость и слякоть, и пусть не везет,
Ты – жизни моей золотая удача,
Ты – мой навсегда голубой небосвод.


* * *

Они совсем такие же, как Ты, –
Им лишь труднее, ведь они не Боги, –
Как дети, милосердны и просты,
И как отцы, заботливы и строги.

Они – слезинки на Твоих глазах,
Твоей любви пролившиеся капли.
И кто о них ни слова не сказал,
Тот о Тебе сказать сумеет вряд ли.


* * *

Не звенит Твой серебряный смех,
Мой таинственный, мой неизвестный,
Словно спрятался Ты ото всех
В синеокой пучине небесной
Над туманами хлебных полей,
Над лесной зеленеющей гущей.
Но лишь Ты всех родней и милей,
О мой ласковый, мой всемогущий.


* * *

Порой на наших улицах и в скверах
Мы радостных встречаем чудаков
Какой-то очень необычной веры,
Пришедшей к нам из глубины веков.
Они так по-особому одеты.
И, как у казаков, у них чубы
На бритых головах. И желтым цветом
Носы их разукрашены и лбы.
Они невинны и чисты, как дети.
И их глаза на все дают ответ,
Нам говоря: «Не существует смерти,
И ссориться причин на свете нет».
Блеск этих глаз живителен и ясен.
И с восхищением поют они
О том, что Бог немыслимо прекрасен,
Что Бог – веселый, добрый озорник.
Мы их всегда узнаем без ошибки,
Ведь так танцуют только лишь они,
На лицах их счастливые улыбки,
И песня их так сладостно звенит:
Харе Кришна Харе Кришна
Кришна Кришна Харе Харе
Харе Рама Харе Рама
Рама Рама Харе Харе


* * *

Бхакти Вигьяне Госвами

Это было вчера:
К нам зашел и покушал прасада
Наш сосед, наш давнишний,
Хороший и искренний друг.
Мы включили ему, Махарадж,
Запись с Вашей балладой
О торговке, сошедшей с ума.
Неожиданно вдруг
Он заплакал навзрыд.
И своими большими руками
Закрывая лицо,
По которому слезы текли,
Он внимал всей душой,
Потрясенный простыми стихами,
А когда уходил,
Поклонился до самой земли.


* * *

Перестань контролировать мир.
Положись на верховную волю.
В жизни вовсе не ты командир.
Ты – Господнее чадо, не боле.
Полюбить – это значит принять,
Это значит со всем согласиться.
Не волнуйся: тебя и меня
Любит Бог – так, как нам и не снится.
Как дитя в материнских руках,
Ты имеешь уже все на свете…
Тихо плещет о камни река,
И листвой забавляется ветер…
Делай все, бескорыстно любя,
Никогда ни о чем не тревожась.
Бог всегда защищает тебя.
И беды приключиться не может.
Пусть не просто разжать кулаки
И понять: жизнь – не место сраженья,
А, под сенью Отцовской руки,
Место счастья, любви и служенья.
Пусть не просто стряхнуть пелену
Эгоизма, покрывшего душу,
Пусть в иллюзии, словно в плену,
Нам так трудно об Истине слушать,
Снова вспомни и снова поверь:
Существует такое лекарство,
Что откроет желанную дверь
В безмятежное Божие Царство.
И пускай не затушат ветра
Нашу веру, а больше раздуют.
И пускай мы всегда по утрам
Воспеваем молитву простую:
Харе Кришна Харе Кришна
Кришна Кришна Харе Харе
Харе Рама Харе Рама
Рама Рама Харе Харе.


* * *

Ну, доброе утро, мой ласковый пес,
Мой верный и преданный друг.
Опять, как всегда, твой доверчивый нос
Уткнулся в тепло моих рук.
Не зря мы назвали тебя Кришнадас –
Слуга Господина души.
Живя в этом теле собачьем у нас,
Ты Кришне способен служить.
Ты верой и правдой наш дом стережешь,
Довольный похлебкой любой.
Ты счастлив, служа. Только тем и живешь.
Эх, дай поиграю с тобой.
Завидев меня, ты как пуля летишь,
Стремглав прибегаешь на зов.
А всюду вокруг благодатная тишь –
Край мирных садов и лесов.
Вот первый луч солнца коснулся меня,
Скользнув по окрестным горам.
Ты пес, и тебе, может быть, не понять,
Что дом этот – Господа храм,
Что этого солнца златые лучи –
Лучи Его лотосных глаз.
Быть верной собакой меня научи,
Такой же, как ты, Кришнадас.
Ах, стать бы мне преданным псом для Него
И жить у Него во дворе,
И, никогда не прося ничего,
Быть с Ним в Его вечной игре.
Я буду на задние лапы вставать
Пред Кришной, виляя хвостом,
Под Кришнину флейту всегда танцевать
Для смеха Его. А потом
Грустить по Нему, ждать, когда Он придет,
Тяжелую цепь теребя.
О Кришна! Я верю: кто преданно ждет,
Однажды дождется Тебя.


* * *

Сады в цвету. Парное молоко.
Теленок мне облизывает руки.
Люблю я жить так просто и легко
Под махамантры сладостные звуки,

Священные писания читать,
Вдыхая полной грудью запах леса.
О, как я рад, что мне уже не стать
Заложником научного прогресса.


* * *

Последний штрих, последняя страница.
Светает. И последняя звезда
Безмолвно гаснет. И не возвратится
Все то, что было, больше никогда.

Слова закончились, остановившись где-то,
И растворились в чувстве полноты.
О Друг мой вечный, мне в тиши рассвета
Своей любовью отвечаешь Ты.

Вдыхаю утро глубоко и много,
Как будто бы я пьян или влюблен,
Как будто бы домой, обратно к Богу,
Вернуться вдруг я был благословлен.

 

На первую страницу Верх

Copyright © 2006   ЭРФОЛЬГ-АСТ
 e-mailinfo@erfolg.ru